Автор: Михаил Жванецкий получил медальку от Путина. Формально за свой талант. Хотя мы понимаем, что это был банальный, типично коньюнктурный политический акт. Жванецкий не отказался. А мог бы. Или все же почему-то не мог? Может быть семья у него там какая-то была, дети, квартира, здоровье, возраст… Согласитесь, поставить же это все под угрозу намного легче, чем липецкую фабрику, слепой траст и партнёрство с Медведчуком.
Тарас Шевченко принял волю, деньги и художественное образование от российских имперцев. Формально за талант. Личные, интимные дневники писал почему-то по-русски. Хотя делать это его никто не заставлял. Мог Шевченко гордо отказаться от помощи проклятых москалей? Мог. И от русского языка отказаться мог. Но на самом деле выбора-то у него, как у творческого человека, жившего и работающего в имперском пространстве русского языка и культуры не было.
И у Жванецкого не было, хотя он вроде бы формально и был.
У Германа Геринга в апреле 1945 года, перед самой своей кончиной, Гитлер отобрал рейховские медальки. Если мы считаем награду от тоталитарного режима весомым маркером добра и зла, то стал ли после этого Геринг нравственно безупречным антагонистом Гитлера? Может зря его судили в Нюрнберге?
А не подскажете, что делает русскоязычный коллаборант Вернадский на украинской гривне? Ведь он прямо из рук преступного режима получил Сталинскую премию! И не какую-нибудь, а 1-й степени. Правда, он от нее все-таки отказался. Но не от всей. Половину кровавых денег от унизительной большевистской подачки оставил себе. А половину премии пожертвовал — о, ужас! — на нужды москальской армии. Ну, не было у него возможности отдать их ОУН-УПА. Вот и выкручивался бедняга, как мог.
И таких как Вернадский было много.
Даже Донцов, как утверждает Липинский, пришёл из имперской идеи в националистическую неискренне — исключительно из коньюнктурных соображений. Имеем ли мы право вслед за Липинским усомниться в искренности Донцова? Когда он был действительно честен: когда был радикальным российским патриотом или когда стал радикальным украинским националистом? Вообще, кто из этих двух националистов врёт — Липинский или Донцов? Кого из них предателем назначать будем?
При ближайшем рассмотрении 90% деятелей украинской культуры 19-21 веков оказываются так или иначе инфицированы имперскими наградами, сталинскими премиями, российскими гонорарами, аудиторией, эфирами, тиражами и языком. Даже такой выдающийся украинский партийный деятель и депутат Верховной рады как Вячеслав Вакарчук.
Возможный выход из тупика указал Андрей Данилко: русский язык — это не язык агрессора, это агрессор говорит по-русски. Логика здесь есть. Потому что именно так поступал и поступает любой тоталитарный режим — все, что его «облагораживает», он присваивает себе. В том числе, вручая награду и премию талантливым людям, которых хочет записать себе в союзники.
Но стоит ли подыгрывать в этом путинскому режиму? Если да, тогда давайте отдадим Путину вместе с награжденным Жванецким всех, кто был когда-то коммунистом как Павлычко или Фарион, царство им небесное? Или же одним «дiячам» мы почему-то готовы прощать ошибки прошлого, а другим нет? Почему?
Правильно ли видеть антиукраинца в талантливом человеке, прославившем своим талантом украинский город Одессу и по факту не сделавшему Украине ничего плохого?
Правильно ли видеть украинского патриота в человеке, говорящем по-украински, ненавидящем Россию, но при этом по совместительству — полезного путинского идиота, бездарного, аморального, врущего, ворующего и раскалывающего общество во время войны?
Безусловно, второй нам «классово» ближе. Примерно также большевики в свое время привечали уголовников, которые, в отличие от творческой интеллегенции, были им родными по духу.
Что может быть для воюющей страны опаснее, чем бороться с ложной, несуществующей опасностью и игнорировать опасность реальную?
Ответ риторический… Не знаю как связан переизбыток бездарной и деструктивной гуманитарной активности с нехваткой украинских предприятий ВПК и их продукции. Но такая связь точно есть.
PS. Лично мне, скажу сразу, все равно как будут называться улицы в Одессе. Да хоть Малую Арнаутскую переименуйте в Большую Порошенковскую, а Дерибасовскую в Зеленскую. Перефразируя Фрейда, улица это всего навсего улица. Да простит меня святой Конфуций, имена не столь важны. Каких только переименований мы не видели в истории! Не обольщайтесь — все точно не навсегда. О чем переименовальщиков предупреждает плохо прочитанный и плохо понятый ими Экклезиаст.
Важно даже не то, что любое переименование — это просто невыученный исторический урок: вы всего лишь закрыли учебник на непонятной вам странице. Это значит что история повторится.
Важнее другое — какова практическая польза от этих переименований? У всего на свете есть энергия. Энергия имени — одна из наиболее таинственных и сильных. Насколько рационально, тратить эту колоссальную энергию на борьбу с памятью покойных Жванецкого, Булкагова и Гоголя, игнорируя потребности реального, а не чисто «атрибутивного», государственного строительства? Мы сейчас сильно рискуем, остаться с атрибутами суверенного государства, но без самого суверенного государства.
А название улицы? Да Бог с ней, с этой улицей…
