Нужна ли Украине эвтаназия? Врачи не готовы помогать больным уйти из жизни

Эвтаназию в планах и в теории должна заменить качественная паллиативная помощь, система которой только создается.

Тяжелый вопрос

Периодически в социальных сетях и на просторах Интернета пользователи поднимают тему эвтаназии. Суть процедуры в том, что больному человеку помогают уйти из жизни, если он сам этого очень хочет. Сделать это может не каждый, а только тот, кто неизлечимо и тяжело болен. В большинстве стран эта процедура запрещена. Эвтаназия разрешена в нескольких штатах Америки, некоторых регионах Бельгии, Голландии и в Швейцарии. Последняя – единственная страна, которая помогает облегчить муки тяжелобольным со всего мира. Для того чтобы врачи дали согласие на процедуру, пациенту необходимо пройти огромное количество тестов и бесед с психологами, чтобы доказать, что он пребывает в здравом уме и желание умереть не возникло спонтанно, а принято осознанно.

Украинские врачи называют эвтаназию тяжелым вопросом. В нем воедино сплелись юридические, психологические, моральные и теологические аспекты. Для многих это синоним самоубийства или убийства (если в этом больному помогает врач).

— В большинстве стран применяется ассистированная эвтаназия, когда врачи подготавливают необходимый препарат, а пациент самостоятельно его себе вводит. Происходит это безболезненно, человек просто засыпает, а потом у него останавливается дыхание. Но для врача такую процедуру крайне сложно принять. Психологически очень тяжело согласиться с тем, что такая процедура нужна, — говорит врач-онколог высшей категории к.м.н. Виктор Завизон. – В нашей стране эвтаназия вряд ли может быть легализована в ближайшее время. Не готово наше законодательство. Мне тяжело говорить обо всех врачах, но я думаю, что большинство из них также не готовы.

По его словам, в Украине нужно организовать качественную паллиативную помощь, чтобы тяжелобольные пациенты получали необходимые обезболивающие, помощь психологов и священников.

— У врачей есть возможность обеспечить адекватное обезболивание, но это очень бюрократизировано и очень сложно. Доктора во многих случаях боятся определенных действий со стороны органов па контролю оборота наркотиков и боятся выписывать сильные обезболивающие, не хотят связываться с этим всем. Еще одна проблема – наши хосписные отделения, где могла бы оказываться качественная противоболевая помощь. В этом плане мы очень далеки от Европы, для этого нужны большие деньги, — говорит Виктор Завизон.

Он также отметил, что в Украине давно действует пассивная эвтаназия – это неоказание помощи тем людям, которым ее уже нереально оказать. И в первую очередь речь идет об онкологических больных с 4-й стадией, когда любое лечение им противопоказано.

— Их направляют к семейному врачу, но что он может сделать в таком случае? Таким больным и их родным нужна психологическая, духовная и юридическая поддержка, — говорит Виктор Завизон. – Тут нужно говорить об адекватной паллиативной помощи, обезболивании. У меня был один случай, когда у женщины был рак желудка, родные скрывали от нее информацию, говорили, что скоро ей будет лучше, а лучше ей не становилось. Она была в информационном вакууме. Я назначил ей адекватное обезболивание и рассказал, что с ней на самом деле происходит. Через пару недель она пришла ко мне на прием и призналась, что ей стало намного легче. Она обратилась к священнику, юристу, больше боли ее мучило то, что она не знала, что с ней происходит.

Психологическая подготовка

Врачи и психологи отмечают, что перед тем, как решать, нужна Украине официальная процедура эвтаназии или нет, необходимо повысить уровень психологической культуры и подготовки населения, а потом уже говорить о законодательстве. Сейчас к этому не готовы ни врачи, ни священники, ни общество в целом.

— Если говорить в рамках психологии и выйти за пределы общественной морали, то у человека могут быть причины хотеть смерти, когда ему слишком больно, нет перспектив для выздоровления. И вариант эвтаназии помогает человеку чувствовать себя свободным, иметь выбор, когда уйти, хотя это и сложный выбор, — говорит психолог Ольга Гриценко.

Ирина Иванова

Газета ГОРОЖАНИН