Квартирный вопрос для прокуратуры: как почти законно отобрать жилплощадь у инвалида?

Если квартира расположена в центре города, тут даже людям неискушенным станет ясно, что подобная недвижимость «плохо лежит»…

Горожане, как утверждал булгаковский персонаж, – люди как люди, но их катастрофически портит квартирный вопрос. У нас, как показывает наш днепровский опыт, дело обстоит не лучше, чем у булгаковских персонажей.

Если квартира расположена на центральной ул. Комсомольской с видом на областной совет, выходом в парк им. Глобы, и стоит более миллиона гривен, а владеет ей психически больной инвалид — тут даже людям неискушенным станет ясно, что подобная недвижимость «плохо лежит».

Беды бывшего библиотекаря Елены Владимировны Б. начались после смерти родителей, от которых она унаследовала злополучную «трёшку» в центре. Смерть матери женщина переживала тяжело, в конце 2014 г. усугубилось психическое заболевание, и в начале 2015 г. ей была установлена пенсия по инвалидности. Однако было бы наивно надеяться, что у одинокой наследницы тут же не появятся «сердобольные» родственники!

Здравствуйте, я ваша тётя!

Именно в этот период в нашей истории на сцену выходит Наталья Станиславовна Кутузова – медсестра и двоюродная тётя потерпевшей. О её появлении рассказывает решение Кировского райсуда по делу №203/8195/14-ц от 30 декабря 2014 года.

«Судья Католикян М. О, ознакомившись с заявлением Кутузовой Н.С. о признании лица недееспособным, установил: заявление об установлении недееспособности может быть подано только членами семьи лица, органом опёки или психиатрическим заведением. Никаких доказательств совместного проживания и совместного быта заявителем не предоставлено, следовательно, она не является членом семьи Елены Б. Таким образом, заявление об ограничении гражданской дееспособности подано лицом, которое не имеет полномочий на ведение дела».

Проиграв суд, Кутузова не отступает и не сдаётся — 29 октября 2015 г. берёт у своей двоюродной племянницы генеральную доверенность на выполнение любых действий от её имени. Как она объяснила, «чтобы помочь разобраться с родительскими долгами наследницы, из-за которых могли отобрать её квартиру». Нотариус Медяник, не смутившись, а возможно и не разобравшись — заверяет доверенность от инвалида по психическому заболеванию второй группы в пользу своей постоянной многолетней клиентки Кутузовой.

По отдельности эти документы были бы не столь примечательны. Ну, пытается человек помочь родственнице – возможно, не вполне юридически грамотно. Но вот вместе они выглядят уже гораздо более красноречиво. Госпожа Кутузова исходит из того, что её родственница недееспособна, и на этом основании пытается получить права на управление всем её имуществом. Когда же это не получается через суд, госпожа Кутузова вынуждает человека, которого считает недееспособным, подписать доверенность на управление этим самым имуществом. Выводы тут даже озвучивать не нужно.

Дальше интереснее.

Пользуясь упомянутой доверенностью, 7.06.2018 Кутузова продаёт квартиру женщины-инвалида.

Семейный подряд   

Следующий документ в нашей замечательной коллекции показывает, что покупатель Максим Бондарь – человек в этой схеме тоже далеко не случайный. Документ этот – свидетельство о браке от 21 сентября 2018 Бондаря Максима Сергеевича с Заренковой Еленой Валентиновной. Кто такая Заренкова, обычный семейный врач выполняющий клятву Гиппократа?  Родная дочь несостоявшейся «опекунши» Кутузовой! Иными словами, госпожа Кутузова продала чужую квартиру собственному зятю. Домовитая и хозяйственная женщина – всё в семью.

В этой сделке прекрасно всё, уважаемые читатели.

Во-первых, квартиру инвалида продали в четыре раза дешевле рыночной стоимости. Вывод судебной оценочно-строительной экспертизы, сделанной 8.06.2020 для Кировского райсуда, где сейчас рассматривается иск пострадавшей к «родственникам», оценивает квартиру Елены Владимировны в 1 176  000 грн. В то время как продана она была согласно договору всего за 288 000 грн – во столько оценил трёхкомнатную квартиру в самом центре некий «нэзалэжный оцинювач» ФОП Стрижак Дмитрий Евгеньевич. Если ФОП Стрижак и дальше будет так плохо оценивать, то ему не доверят даже ставить оценки в школе.

Во-вторых, даже этой суммы законная хозяйка квартиры не получила. Нотариус Бутова, заверившая договор, письменно подтвердила, что расчет по нему в её присутствии не происходил.  И не удивительно. Пикантный момент в том, что именно в этот период «молодожён» Бондарь разбирается с иском по алиментам от предыдущей жены (дело № 201/5482/18). И заявляет в суд, что является безработным, и денег у него нет, а потому платить алименты ему не из чего. Иными словами, перед нами сделка со всеми признаками фиктивности.

В-третьих, с самим договором купли-продажи начинаются странности. Как свидетельствует ответ управления госрегистрации от 03.03.2020 на запрос Кировского суда, «сведения о договоре купли-продажи №3-467 от 07.06.2018, зарегистрированного нотариусом Бутовой, в государственном реестре имущественных прав отсутствуют».

Но возможно, лишь тяжелая жилищная ситуация, пресловутый «квартирный вопрос» толкнула бедного, безработного и гипотетически бездомного Максима Бондаря и его очередную супругу к таким некрасивым действиям – предположит читатель в поиске смягчающих обстоятельств? Так нет же, уважаемый читатель! Как свидетельствует выписка из реестра, оная молодая семья уже владеет сразу четырьмя (!) квартирами в центре города, не считая дачи в живописной Обуховке! Похоже, им по-настоящему везёт на людей, желающих продать своё имущество подешевле, а то и вовсе отдать бесплатно: последнюю двушку в элитном Жовтневом районе госпожа Заренкова приобрела всего за 376 000 грн, что в 2-3 раза дешевле рыночной стоимости жилья в этих местах.

Руки загребущие

Впрочем, это не единственный и ещё не самый безобразный из подвигов нашего «семейного подряда» в деле «помощи» больной племяннице. В 2018 г. Кутузова попыталась продать ещё и дачный участок с домом, унаследованный пострадавшей в пгт Юбилейное в дачном кооперативе в Самаровке. Однако возникли формальные проблемы, и председатель дачного кооператива позвонил законной хозяйке.

Наконец, завладев пенсионной карточкой инвалида, Наталья Кутузова принялась тратить её пенсию весьма специфическим образом, о чём повествует нам распечатка трат со счёта в «Приватбанке». Инвалиду вдруг крайне понадобилось: совершать переводы на счёт Елены Заренковой своей состоятельной троюродной сестры; оплачивать коммунальные услуги в ОСМД «Гоголевский-1», где она никогда не проживала, но зато имеют квартиру Наталья Кутузова и все та же Елена Заренкова; регулярно совершать покупки в магазинах и снимать деньги в банкоматах поблизости от квартир Кутузовой и Заренковой и её дачи. Это, конечно, просто совпадения?!

За три года у женщины-инвалида украли почти 45 000 грн пенсионных средств.

Фамилию пострадавшей мы не публикуем из уважения к её приватности. Однако имена остальных фигурантов этой истории, мы уверены, будут крайне интересны правоохранительным органам.

Григорий Глоба

Газета ГОРОЖАНИН