Как Управление национальной полиции превратилось в «управление национальной отписки»

«Со стороны полиции здесь явные нарушения», — признаёт руководитель профсоюза полицейских Сергей Джихур

Несознательные граждане по-прежнему отвлекают полицию от важных дел, требуя от неё какой-то защиты каких-то своих прав. Если бы они не лезли со своими назойливыми жалобами на преступления, полицейская статистика и отчётность выглядели бы просто великолепно.

Из заявления о преступлении:

«4 июня ок. 22:55 припаркованный автомобиль «Рено», принадлежащий моему мужу, на стоянке возле АТБ по ул. Центральной, 6 в г. Подгородное был повреждён и развёрнут от удара въехавшего в него на высокой скорости автомобиля «Ауди» на польских номерах WGM69G1. Также был сбит этим автомобилем знак пешеходного перехода. В автомобиле находились двое молодых людей в состоянии алкогольного опьянения. Ок. 23:00 мной был сделан звонок на 102, я вызвала полицию. На стоянке перед АТБ видеокамеры зафиксировали момент аварии. Приблизительно через час молодые люди сели в «Ауди» и покинули место ДТП. Между часом и двумя часами ночи приехал наряд полиции…

Руденко Сергей  — отец виновника ДТП Руденко Артёма Сергеевича — приезжал к нам на следующий день. Он сказал, что в полиции он все вопросы решил и мы ничего не получим…

После моих сообщений в соцсетях о происшествии нашлись свидетели ДТП, которые узнают водителя «Ауди». Хотя я сообщила инспектору телефоны свидетелей, с ними никто не связался. Инспектор Лаврушко Роман мне заявил, что виновник не найден, а в изъятии записей с камер нет необходимости.

Прошу открыть уголовное производство в отношении Руденко Артёма Сергеевича, проживающего по адресу…».

Из ответа Днепровского райотдела №45.8/М-53/1909 от 6 июля 2020:

«После ДТП неустановленный водитель неустановленного автомобиля место происшествия покинул, принятыми мерами розыска установить его до нынешнего времени не оказалось возможным. ВрИО начальника Карина Алиева».

Итак, в полицию сообщают точные ФИО и адрес подозреваемого, телефоны свидетелей и видеофиксацию происшествия.

А Карина Алиева вкупе с инспектором Романом Лаврушко отчаянно зажимают глаза и уши: дескать, ничего не видим, виновный не найден, нет возможности установить!

Более того, как явствует из следующего документа, само заявление они попытались «похоронить» и не внести сведения о ДТП в ЕРДР.

Из определения Днепровского райсуда по делу 175/702/20:

«26 июня 2020 г. Макаренко Т.О. обратилась в органы полиции с заявлением о криминальном правонарушении по ч.1. ст.194 УК Украины. Но на неоднократные обращения заявительнице не сообщили никакой информации о внесении сведений в ЕРДР, в связи с чем она вынуждена обратиться в суд за защитой своих прав.

Как следует из материалов дела, сотрудниками Днепровского районного отдела полиции не были выполнены требования УПК, в частности не внесены сведения о совершении криминального правонарушения в ЕРДР.

Суд приходит к выводу, что жалоба подлежит удовлетворению в части признания противоправной бездеятельности следственного отдела и обязательства произвести следственные действия согласно требованиям ст.220 УПК Украины.

Суд постановил: обязать ответственных лиц Днепровского районного отделения полиции немедленно зарегистрировать заявление от Макаренко Т.О., поданное 26.06.2020 со входящим №10929 о совершении преступления, в единый реестр досудебных расследований с соответствующей квалификацией признаков состава преступления, предусмотренных УК Украины. Определение согласно ст.309 УПК Украины окончательное и обжалованию не подлежит. Следственный судья Бойко».

Вопрос тут может быть только один: сколько стоит честь Карины Алиевой и Романа Лаврушко? И не должны ли ответ на этот вопрос поискать многочисленные службы по борьбе с коррупцией в полицейский рядах?

Жаль только, что аналогичных служб по борьбе с полицейской некомпетентностью и ленью до сих пор не придумали.

«Последствия краха реформы»

— Со стороны полиции здесь явные нарушения, — признаёт руководитель профсоюза полицейских Сергей Джихур. — Однозначно просматриваются связи с подозреваемым: если его отец занимается скупкой металлолома, такой бизнес работает под «оказание материальной помощи» местным райотделам. Уголовно-процессуальный кодекс чётко прописывает в ст.214, что, получив заявление, следователь обязан не позднее чем за 24 часа внести его фабулу в ЕРДР – с указанием тех лиц, на которые указывает пострадавший. А их, как и раньше, «выводят» из дела, не указывают, пытаются работать по старой системе. Самое плохое и печальное — что это становится стандартом. Когда нам приходится подавать заявление, мы одновременно подаём жалобу в суд, потому что знаем заранее: в ЕРДР его никто не внесёт.

Сергей Джихур считает, что пострадавшие действуют правильно, требуя возбуждения именно уголовного дела за порчу имущества, поскольку административное право у нас недоработано, имеет кучу дыр — например, по админделам отсутствует кассационная инстанция в суде.

— В порядке консультации: если после решения суда все равно не вносят сведения в ЕРДР – нужно брать исполнительный лист и действовать через государственного исполнителя. Более радикальный вариант – добиваться открытия дела на следователя за неисполнение решения суда, — говорит Сергей Джихур. — Оправдывать полицейских не стану, хотя знаю, что они завалены производствами – это последствия краха реформы Авакова. Это растущий снежный ком, который затягивает и простых полицейских, люди уходят из полиции постоянно.

МВД, как субъект законодательной инициативы, могло бы скорректировать процессуальное законодательство, но, судя по всему, их эта ситуация устраивает.

Что можно посоветовать полицейским, как им быть с этим «снежным комом»?

— У нас в профсоюзе много ребят, которые всё регистрируют и расследуют как положено, даже если приходится воевать с начальством. Некоторые именно на этой теме к нам и приходят. Жаль, что данное заявление к таким людям не попало. Можно посоветовать просто начать работать по закону, перейти на другие рельсы, не поддаваться на уговоры начальства: дескать, делай вот так, по-другому всё равно не получается. Незаконные распоряжения – фиксировать на диктофон. Многие такие распоряжения мы потом публикуем, а иногда хватает уже того, что сотрудник демонстративно достаёт диктофон и просит: «Повторите, пожалуйста, свой приказ».

Григорий Глоба

Газета ГОРОЖАНИН